22.10.2026

Кризис угольной отрасли в России: что будет с шахтами и шахтерами?

Многомиллиардные убытки российских угольных компаний оставляют тысячи людей без работы. «НиК» выяснили, смогут ли добывающие уголь предприятия выстоять, и что ждет их сотрудников.

Систематические убытки в угольной промышленности (в 2025 году предприятия потеряли 408 млрд рублей, а прогноз на 2026-й — убыток в размере 300–310 млрд рублей) вынуждают владельцев шахт останавливать работу.

Это касается и небольших предприятий, и таких гигантов, как «Распадская угольная компания». Даже это предприятие готовится закрывать нерентабельные шахты и переключаться на добычу угля открытым способом. В том числе может быть законсервирована шахта «Осинниковская» — градообразующее предприятие в Осинниках Кемеровской области.

В России закрываются даже градообразующие угольные предприятия

«ММК-Уголь» в свою очередь объявил о приостановке работ на шахте «Чертинская-Коксовая» из-за «неблагоприятной рыночной ситуации». А сотрудники «Северного Кузбасса» летом жаловались на задержку зарплат на девять месяцев.

Регионы — зоны риска увольнения шахтеров

В прошлом материале «НиК» выяснили, что причиной массовых убытков стали вынужденная переориентация на азиатский рынок сбыта (европейские страны полностью отказались от российского угля) и низкие мировые цены.

Необходимость направлять уголь в дальневосточные порты создала проблемы для добывающих компаний

Но не все регионы оказались в равных условиях. Профессор Финансового университета при Правительстве РФ, д. э. н. Надежда Капустина назвала наиболее субъекты РФ с неблагоприятной обстановкой для отрасли.

— Наибольшему риску подвержена Кемеровская область. На Дальнем Востоке, в частности в Якутии, отмечается снижение производства у крупных игроков вроде «Якутугля».

Портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Дмитрий Скрябин также указывает на Кузбасс.

— Главный очаг — Кузбасс. По заявлению губернатора региона на форуме РЭН-2026, лишь 38 угольных предприятий работают в плюс, а 75% шахт и разрезов убыточны.

С точки зрения простых рабочих важнее другое: в регионе за прошлый год остановили работу 19 угольных предприятий из 151 имеющегося. Еще 13 находятся в «красной зоне». А к лету 2026-го набирала сотрудников только одна шахта на всю область.

Кузбасс сильнее всего пострадал от кризиса в угольной промышленности.

Кемеровская область стала заложницей своего географического положения. Если отправлять уголь через западные порты (Тамань, Усть-Луга, Мурманск), то доставка в Азию выходит дорогой из-за длительной морской перевозки. Если отправлять уголь на Дальний Восток, то возникает проблема ограниченной пропускной способности БАМа и Транссиба.

Из-за этого экспорт энергетического угля в августе 2025-го через дальневосточные порты приносил предприятиям убыток в 454 рубля с каждой тонны, а экспорт через западные порты — 1400 рублей с тонны.

Экспорт тонны угля из Кемеровской области приносит убыток до 1400 руб. за тонну.

Ситуация в отрасли на первый взгляд кажется безвыходной: невозможно заставить покупателей приобретать уголь дороже, чем предлагают конкуренты. Однако Дмитрий Скрябин уверен, что у угольщиков еще есть шанс выстоять.

— Запас прочности ограничен, но пока не исчерпан. При доле убыточных предприятий около 70% убытки за семь месяцев 2026 года (178,2 млрд рублей) почти на 21% ниже, чем за тот же период 2025 года (225 млрд рублей). Это свидетельствует о снижении остроты кризиса.

Доцент кафедры корпоративных финансов и корпоративного управления Финансового университета при Правительстве РФ Ольга Борисова отмечает, что заметный положительный эффект оказывает господдержка.

— Отрасль получила государственную поддержку, рассчитанную до 2030 года. Компаниям предоставлены отсрочки по НДПИ и страховым взносам. По прогнозам Минэнерго, уже к 2027 году значительный объем обязательств будет погашен и доведен до уровня 100 млрд рублей.

Господдержка должна снизить убытки угольной промышленности до 100 млрд рублей в 2027 году. 

В целом, отрасль продолжит существование. Но процесс выживания для многих будет очень болезненным, — добавляет Надежда Капустина.

— Отдельные предприятия, прежде всего из числа небольших и технологически устаревших шахт с высокой себестоимостью добычи, рискуют уйти с рынка либо законсервировать мощности. Однако на их месте вероятнее всего укрепятся крупные вертикально интегрированные холдинги, способные перераспределять ресурсы между активами и выдерживать временную убыточность отдельных направлений.

Ольга Борисова поясняет, что все прелести борьбы за эффективность в первую очередь почувствуют на себе простые шахтеры.

— Сейчас оптимизация затронула порядка 222 тыс. шахтеров, что позволяет компаниям сосредоточиться на эффективности.

Небольшие угольные компании могут быть поглощены вертикально интегрированными корпорациями.

Эксперты отмечают, что отрасль остро нуждается в расширении пропускной способности Восточного полигона РЖД, дешевых кредитах, корректировке экспортных пошлин, стабильных тарифах на перевозку угля. Эти задачи в первую очередь должно решать правительство.

Однако бизнес тоже может приложить усилия для собственного оздоровления. Бытует ошибочное мнение, что уголь либо сжигают для обогрева и выработки электричества (энергетический уголь), либо применяют в металлургии (коксующийся уголь). Ольга Борисова напоминает, что есть еще один вариант.

— Один из перспективных путей — диверсификация производства и переход от простой добычи и продажи угля к его глубокой переработке и выпуску продукции с высокой добавленной стоимостью.

При нагреве с добавлением воды уголь образует угарный газ и водород, которые потом могут применяться для производства метанола, аммиака, этиленгликоля и даже синтетического дизельного топлива.

Но раньше такая углехимия в РФ не развивалась — использовать природный газ в качестве сырья было выгоднее. Вот и сейчас инвестиции в инновации, по мнению Надежды Капустиной, нуждаются в стимулах.

— Государственная поддержка подобных инвестиционных программ способна заметно ускорить этот процесс, так что перспективы у отрасли, несмотря на нынешние трудности, сохраняются вполне реальные.

Размещение дата-центров в выработанных угольных разрезах — еще один способ получить прибыль для проблемных компаний

Дмитрий Скрябин отмечает, что предприятия могут уйти или в сторону IT, или энергетики. Были бы инвестиции.

— Свежая инициатива октября 2026 года — размещение дата-центров в отработанных угольных карьерах. Это позволяет использовать уголь для генерации электроэнергии прямо на месте, без дорогостоящей транспортировки на тысячи километров. Более глобальный вариант — возрождение угольной генерации на сверхкритических параметрах. Однако это достаточно капиталоемкая история, которая без централизованного стратегического плана и соответствующих стимулов вряд ли получит развитие.

Все сводится к тому, что угольная промышленность в России больше не будет прежней. Не стоит рассчитывать, что в Азии резко возрастет спрос на уголь: страны переходят или на более чистое топливо (СПГ), или вовсе на «зеленую» энергетику с солнечными и ветряными электростанциями.

А трансформация отечественных предприятий будет идти по пути повышения эффективности (сокращение персонала — неизбежный атрибут) и поиска альтернативных способов заработка.

Источник   –   Нефть и капитал